ИСТОРИЯ МАЛЕНЬКОЙ ЛЮБВИ

В трёх частях

В формате Word 

 

Действующие лица:

Он.

Она.

Техничка.

 

ПЕРЕД НАЧАЛОМ СЕАНСА

 История первая

 

Фойе кинотеатра. По стенам плакаты кинофильмов — в основном импортных. В углу столик. 

В фойе заходит пара.

 

Она. Ого, мы первые! (Оглядывает фойе.) И даже, кажется, единственные. Что хоть за кино?

Он (оглядывает фойе, смотрит билет). На билете не написано. Ты что, афишу не смотрела?

Она. Нет. А ты?

Он. Я билеты брал. Пойду, узнаю на контроле.

Она. Стой. Никуда не ходи. Не важно. Вон столик. Сядем?

Он. Сядем.

 

Идут и садятся за столик.

 

Она. Так... Ну? Что делать будем?

Он. Ничего.

Она. Да... Когда я ещё не дала тебе согласия, ты знал, что следует делать в таких случаях!

Он. В бар?

Она. Нет, не то. (Послав ему долгий взгляд.) Поцелуй меня.

Он. Люди...

Она. Не ври. Нет никого.

 

Он перегибается через столик и целует Её.

 

Ещё раз. Крепче, Сень!

 

Он целует Её ещё раз.

 

До сеанса сорок минут. С ума можно сойти!

Он. Надо было пойти в «Энергетиков», там в восемнадцать-двадцать.

Она. А что там идёт?

Он. Это ты для поддержания разговора? Откуда я знаю. Эх, даже журнальчика нет!

Она. Ты что, журналы пришёл читать? Погоди, ещё успеешь. Вся жизнь впереди!.. Нет, действительно, Сень, ты представь: послезавтра у нас начнётся новая жизнь. Представил? Новая жизнь! Я — замужем. А? Девки мои чуть с ума не посходили. Завидуют, наверное. Здорово?

Он. Здорово. Выпить бы! (Смотрит на часы, потом на Неё.) Под настроение.

Она. Новую жизнь с пьянки начинать? Ну уж нет, я тебе не дам!

Он. Эх! Да ведь как-то надо её начинать!

Она. И не думай. Просто выкинь из головы. Слышь? Не то поссоримся. Я тебе коврик в прихожей постелю... Хочешь? Ну, ты чего?

Он. Да долго ведь ждать!

Она. Ничего не долго. Сорок... (Смотрит на часы.) Нет, уже тридцать пять минут. Потерпи.

Он. Ларчик...

Она. Что?

Он. Да ничего!

Она. Слушай... А ты свет в прихожей погасил?

Он. Погасил.

Она. Я завтра, наверное, задержусь. Так ты меня не жди, ужин сам себе разогрей. Сможешь? А хорошую мультиварку мама нам приготовила в подарок. Видел? Вообще, сколько подарков будет! Рублей на...

Он. Думаю, поменьше.

Она. Ну? Ты что, посчитал?

Он. Мама посчитала. Эх!..

Она. Сень, до свадьбы — ни капли. Соберись с духом. В свадьбу — хоть залейся. А потом... Потом знаешь что? Я тебя отпускать буду. Скажем, раз в месяц. Хватит? Пусть будет демократия.

Он. Ладно, пусть будет. Чего ж это никого нет? Кино, что ли, дурацкое? Наверное, отечественное. Слушай, может пойдём?

Она. Куда пойдём?

Он. Да просто пойдём. Сидеть тут нечего. Кино дурацкое. Сама же видишь — никого нет.

Она. Тебе что, скучно со мной? Ну-ка, посмотри мне в глаза... Скучно? Ты сразу скажи, если скучно. Ну?

Он. Скучно.

Она. Да я... Ты... Неблагодарный!

Он. Какая глупость всё это, Лариса!

Она. Дура я, дура!

Он. Перестань, на нас билетёрша уставились!

Она. Пусть смотрит!

Он. Неудобно. Ну вот, началось. Жениться не успел. Да пошутил я, пошутил. Ты спросила, я ответил. Слышишь?

Она. А ещё клялся, что всю жизнь на руках!..

Он. Правда, на руках!

Она. Ты зачем по ночам в парадном стоял?!

Он. Ну... Ты разве не знаешь, зачем? Тебя хотел увидеть!

Она. Ночью?! Ты хотел, чтобы я тебе поверила!!!

Он. Что ж теперь делать, хотел. Не нужно об этом, слышишь?

Она. Нет, постой-постой. Ты мне ответь!

Он. Что?

 

Она достаёт из сумочки складную шахматную доску.

Он её открывает.

 

Гляди-ка — шашки! Давай? (Расставляет шашки на доске.)

Она. Я, знаешь, ожидала от тебя чего угодно, только не этого. Перед самой свадьбой! Может, ты жениться раздумал? А, ты мне мстишь, что я тебе не девушкой досталась! Да?

Он. Ладно, проехали.

Она. Если из-за этого, ты скажи, не стесняйся, я смолчу. Только я тебе на это вот что отвечу: поищи себе девушку, поищи. Только я-то лучше знаю, мне-то известнее: нету девушек нынче. Нету. Понял? Вывелись все.

Он. Ты будешь ходить?

Она. Буду. Можешь на этот счёт успокоиться.

Он. А я и не дёргаюсь. Так не ходят.

Она. А я по-другому не умею.

Он. Учись. Показываю. Вот так и вот так.

Она. Сама знаю! Ну, так значит всё-таки из-за этого?..

Он. Да ведь я уже сказал, что пошутил. Давай играть!

Она. Давай. Что ты делаешь?

Он. Ем.

Она. Зачем же сразу четыре?

Он. Не подставляйся. Мы ведь не в поддавки играем!

Она. Уже сообразила. А ты что, торопишься?

Он. Куда?

Она. Выиграть торопишься!

Он. Естественно. Хлоп!

Она. И я!!

Он. А я в дамки. Эх!..

Она. Что, опять выпить? (Смотрит на часы.) Я поняла, куда ты торопишься: в магазин! Всё равно не успеешь, сеанс начнётся. Алкоголик! Я ведь не думала, что ты такой. Никак не ожидала, что на помолвке... Помнишь? И так надрался! Гостей стыдно.

Он. Бывает.

Она. Бывает... Тебя послушать — можно подумать, что ты не в первый раз женишься. Слушай, а может быть, ты уже женился? А? Скажи?

Он. Женился.

Она. Когда?

Он. Давно.

Она. На ком?

Он. На женщине.

Она. На какой?

Он. На нормальной. Не веришь?

Она. Нет.

Он. Это было давно.

Она. В детстве?

Он. Ну конечно. Так вот, в детстве, а проще сказать — прямо с горшка я и начал жениться. Шучу.

Она. Шуточки!

Он. А ты не зевай. Ну-ка, получи!

Она. Опять сожрал!

Он. Не подставляйся.

Она. Откуда у тебя дамка?

Он. Откуда-откуда!.. Провёл. Сдаёшься?

Она. Нет.

Он. Тогда держись!

Она. Угрожаешь?

Он. Намекаю.

Она. Слушай, а чего ты вообще решил на мне жениться? Другой бабы не нашёл?

Он. Решил и решил. Точка.

Она. Сень, может, ты меня любишь не по-настоящему?

Он. Сказал, что люблю!

Она. Решил... Сказал... Откуда я знаю, может быть, ты из-за площади!

Он. Я же тебе ещё вчера объяснял, что нет.

Она. Сейчас многие на площади женятся.

Он. Многие, но не все.

Она. Ещё бы! На всех и площади не хватит! Остальные на деньгах.

Он. Какие у тебя деньги!

Она. Или на родителях!

Он. А некоторые выходят замуж за начальников!

Она. Ну, так ведь это некоторые!

Он. Или за автомобили.

Она. Какие у тебя автомобили! Сень, правда хорошо, что у нас ничего нет? Мы, наверное, просто любим друг друга! Да?

Он. И это бывает.

Она. Сень, погляди... Видишь? Да куда ты смотришь! Я тебе про сапоги... (Провожает кого-то глазами.) Помнишь, я тебе рассказывала? Про угги?.. Это ведь они. Красивые, правда? Нравятся?

Он. Нравятся. Замуж не вышла, а уже намекаешь?

Она. Просто убедилась, что у тебя тоже хороший вкус. Ходи.

Он. Хожу.

Она. Слушай, а ты её знаешь? Она на тебя так посмотрела!.. Ну-ка, признавайся: было что? Было? Если было, ты мне сразу скажи. Слышишь? Чтобы между нами никаких, ничего... Было?

Он. Было.

Она. С ней?!

Он. С ней.

Она. С ней, значит, тоже?

Он. С ней тоже.

Она. Шутишь?

Он. Шучу. Тебе мою дамку всё равно не поймать!

Она. Я попробую.

Он. Попытайся.

Она. Стало быть, послезавтра наша свадьба...

Он. Не слышу энтузиазма.

Она. Сейчас добавим... У меня будет ребёнок! Может быть... Ты что, опять зеваешь?

Он. Спать хочу.

Она. Дома выспишься.

Он. Дома ты мне не дашь.

Она. Почему?

Он. Постелешь на коврике, в прихожей...

Она. Глупый! (Тянется, чтобы Его поцеловать.) Сень!..

Он. Что?

Она. Как же мне тебя всё-таки поймать?

Он. Молча.

Она. Сень, ты слышал, что я тебе сказала?..

 

Возникает долгая пауза.

Слышен стук шашек по столешнице.

 

Сдаёшься?

Он. Конечно нет. Ходи.

Она. Хорошо бы вот так всю жизнь...

Он. Что — вот так?

Она. Сидеть вдвоём вот так.

Он. Работу прогуливать?! Да?

Она. Опять ускользнул!

Он. Теперь лови по всей доске!

 

Опять возникает пауза. На стул против столика садится Незнакомец — молодой нетрезвый парень. (Он может присутствовать на сцене без слов, а может только предполагаться за пределами сцены.)

 

Она. Во надрызгался!

Он. Чуток поддал.

Она. У тебя всё чуток. Еле сидит. Сейчас свалится.

Он. Если ноги пошире расставит — ни за что не свалится.

Она. Всё равно его развезёт.

Он. Не развезёт. По глазам видать — опытный!

Она. Ну и взгляд у него!

Он. Отвернись, уставилась!

Она. Да ведь он так смотрит!..

Он. Ну и что? Слушай, а чего это он на тебя так смотрит?

Она. Откуда я знаю!

Он. Ты что, знаешь его?

Она. Впервые вижу.

Он. Что-то подозрительно!..

Она. Ничего подозрительного.

Он. Разве? Незнакомые так не смотрят. Слушай... А не с ним ли это у тебя было?

Она. Да ты что, Сень!.. Я ведь тебе рассказывала, тот давно уехал. Ну что ты, Сень, я ведь тебе правду говорю, я тебя никогда не обманывала!

Он. Знаем мы вашу правду. Сколько времени? (Смотрит на часы.)

Она. Не веришь? Ну так пойди и спроси.

Он. И пойду.

Она. И сходи.

Он. Схожу. (Встаёт, опять смотрит на часы.)

Она. Сень, Сень, постой! (Задерживает Его.) Он же совсем пьяный!

Он. Ничего, у меня в момент протрезвеет!

Она. Он же не соображает ничего! Постой! Да сядь ты! Погоди. Ты что, драки хочешь?

Он. Если ничего не было, так и драки не будет. Верно?

Она. Сиди, дурак! (С силой Его сажает.) Никуда ты не пойдёшь. Ты же не можешь меня тут одну оставить. Да... говорила мне мать, что ты заводной — не поверила.

Он. И зря. Почему ты не хочешь, чтобы я спросил? Боишься?

Она. Чего мне бояться?

Он. Ну, так я пойду и аккуратно у него спрошу: почему он так на тебя смотрит?

Она. Аккуратно! Хочешь, я тебе поклянусь?

Он. Опять уставился!

Она. Да ведь он не на меня смотрит, на фотографию! На эту... Нет, на вон ту! Как её?.. Слушай, да ведь он, кажется, с «Карбюраторного»!.. А ну, глянь незаметно?..

Он. Я в «Карбюраторном» всех собак знаю. Ты мне глаз не отводи.

Она. Он новенький.

Он. Для меня он новенький! (Поднимается.)

Она. Милиция пришла!

Он. Теперь оно полиция. Где?

Она. Вон, у дверей. Видишь? Да не у тех. У запасных. Сейчас они его заберут. Сиди тихо, а не то и тебя вместе с ним. Ну и женишок мне достался! (Шипит.) Пьяница! Бабник! Дебошир!

Он (тоже шёпотом). Идиотка, заткнись!

Она (шипит). Недоучка! Кретин!

Он. Пользуешься тем, что тут... полимилиция?

Она. Уходят... Не заметили. Жаль. Слушай, нужно их остановить, пусть его заберут!

Он. Сиди.

Она. Но почему? Он ведь совсем пьяный! Он сейчас хулиганить начнёт!

Он. Сиди!

Она. Нет, я им скажу!

Он. Сиди! (Сажает Её.)

Она. Что, не понравилось? Тебе можно, а мне нельзя? А ещё демократии захотел!

Он. Ну что ты привязалась к человеку? Он что, мешает тебе? Пусть сидит. Он в кино пришёл!

Она. Ушли... Жаль. Видишь, он уже на меня не смотрит.

Он. Видно, понял, что ему тут не светит. Тут народ такой — нужно только дать понять. Сколько натикало?

Она. Пятнадцать минут осталось.

Он. Ну что? Опять смотрит! Теперь точно пойду и спрошу!

Она. Стой, Сень... Не ходи никуда. Дай сумку... С собой.

 

Он подаёт Ей сумочку, Она достаёт оттуда бутылку.

 

Он. Ларчик! Умница! Я тебя сейчас поцелую!..

Она. Дома отработаешь.

Он. Ладно, потом. Давай-давай, быстрее, пятнадцать минут осталось!

Она. Погоди...

Он. Ну, давай-давай! Эх, снова из горла!

Она. Вот ещё!

 

Достаёт из сумочки стакан.

 

Он. Да ты просто золото, не жена!

Она. Чтобы всё сразу не вылакал. Чего ногти рвёшь? Держи нож!

 

Достаёт из сумочки нож.

 

Он. Счастье моё! А то ведь уже семь часов, а у нас ещё ни в одном глазу! Давай-давай, заслоняй!..

Она. Сама налью.

 

Забирает бутылку, наливает.

 

Он. Ты чего? Тут только в глаза закапать!

Она. Пей!

 

Достаёт из сумочки бутерброд.

 

Он. Ах, ты! Ну, знал, что выбирал. Не ошибся. Повезло. С!.. Ну, с этим!.. С!.. А, ладно. За соответствие!

 

Пьёт, закусывает.

 

Чего ж ты раньше молчала?

Она. Проверяла, на сколько тебя хватит. (Смотрит на часы.) Ровно на пятнадцать минут!

Он. Ничего, жить можно. Слушай, когда же ты успела собраться? А, понимаю, женские хитрости. Ну, так... Теперь — можно... Только перед тем ещё по одной.

Она. Дома.

Он. Ты что? Разогнаться не успел — сразу по тормозам?.. Рано.

Она. Иначе до утра не остановишься...

Он. Остановлюсь.

Она. Дай слово, что в ночной не побежишь?

Он. Замётано. Как стопицот.

Она. Сень, что у тебя за жаргон? Где ты таких слов поднахватался? Мы же с тобой нормальные, культурные люди. А у тебя — собачий язык: «фигасе-фуясе», «в Бабруйск, жывотное!»

Он. Зато каждый понимает.

Она. Тебе, Сень, воспитываться надо.

Он. Чего там, ладно, давай.

Она. Не налью, пока ты не дашь слова, что будешь воспитываться.

Он. Даю. Наливай.

 

Она наливает, Он пьёт.

 

А ты не будешь?

Она (отрицательно мотая головой). А то, боюсь, тебе не хватит.

Он. Ну, жена! Ты, Ларчик, умница. Другим объяснять приходится. Слышь, давай твоего дружка пригласим?

Она. Опять заводишься?

Он. Шучу опять. Не понимаешь?

Она. Кроме шуток: тут только для тебя.

Он. Так ему, небось, завидно.

Она. Пускай тоже женится.

Он. Проблема! Хорошую бабу не сразу найдёшь. Вот ты у меня... А ну, налей, скажу!

Она. Сень!..

Он. Да ладно, чего там. Сам отмерю! (Забирает бутылку, сам себе наливает.) С праздничком! (Выпивает.) Б-р-р!!!

Она. Хорошо прошла?

Он. Не подковыривай. Сама видела.

 

Она забирает бутылку.

 

Хочется мне ему всё-таки налить!

Она. Чего ты опять к нему пристал?

Он. Подсыхает парень, не боец.

Она. Тебе-то что за горе?

Он. Я, знаешь, сначала взаправду взревнул: ну, думаю, сейчас!.. А не то ведь знаешь, как бывает: ложишься спать, сначала рога укладываешь. А тут ещё он тебе на ноги уставился!

Она. Не волнуйся, всё твоё.

Он. Знаю. А всё равно обидно. Мужик — он ведь зверь! Как аццкий, сцуко, Сотона! Сколько осталось?

Она. Потерпи. Ещё пять минут.

Он. Да ты что! Я ведь не про звонок спрашиваю!

Она. Ну, алкаш!..

Он. Никуда не денешься — норма. Вчерашний клин пробить надо.

 

Она отдаёт Ему бутылку, Он допивает.

 

Всё. Отстрелялся. Больше нет? Не обманываешь? А ну — покажь сумку? Нет действительно... Да ладно, чего ты расстроилась? Нет и нет. В другой раз бум умнее. Слышь? Бум или не бум? Ну, чего ты, в натуре? Ну, иди, иди, поцелую. Слышь? Ну и что, что люди. Пусть видят — свадьба у нас!

Она. Сень!

Он. Я тебя по ходу люблю, поняла?

Она. Сенечка...

Он. Люблю. Могу даже на колени!

 

Встаёт на колени, звенит первый звонок.

 

Она. Звонок, пойдём.

Он. Нет, сначала скажу! Лариса, я тебя люблю. Ты это знаешь. Я тоже это знаю. Нет, не то... Мы это знаем, потому что так судьбой решено: ты женщина, а я мужчина.

Она. Ну хватит тебе, в самом деле, придуриваться!

Он. И никто во всем мире этого не знает!

Она. Сень, пойдём, тебя заберут!

Он. Не посмеют. Я трезвый!

Она. Ты что же, так и будешь тут на коленях стоять?

Он. Буду.

Она. До каких пор?

Он. Пока ты не поймёшь.

Она. Я уже поняла. Вставай.

Он. Нет.

Она. Я тоже тебя по ходу люблю.

Он. Поклянись, а ну?!

Она. Клянусь. Пошли.

Он. Хорошо.

 

Поднимается на ноги.

 

Она. Брюки только извозил!..

 

Звенит второй звонок.

 

Он. Во — второй! Ну и чёрт с ним!

Она. Пойдём, Сень. Смотри, никого уже нет!

Он. Пошли. Нет, стой! (Подходит к Незнакомцу.) Слушай, до чего ж ты парень отличный! Дай пять!

Она. Пойдём, Сень!..

Он. Жена зовёт, понимаешь? Будет время — заходи в гости!

Она. Сень!..

Он. Пошли. Нет, стой! А ну, знаешь что?.. А ну, давай в ногу! С ле-е-евой!.. Р-раз-два-а! Р-раз-два-а!..

 

Звенит третий звонок.

 

Она (оборачиваясь). Парня жалко. Чего пришёл? Одинокий, наверное!

 

Свет в фойе медленно гаснет.

Доносятся первые такты увертюры к фильму.

Незнакомец остаётся неподвижно сидеть на стуле.

 

 

НОЧЬ

Интермедия

 

Проходит несколько минут.

Слышно, что демонстрируется фильм.

По фойе проходит Техничка с ведром и тряпкой, бормочет себе под нос что-то тёмное, негромкое.

Из зала кинотеатра вылетает Она.

Она. Где он?!! (Оглядывает фойе, кидается к двери «М», прислушивается, но в присутствии Технички дверь туалета открыть не решается. С нетерпением ждёт. Не дождавшись, стучит в дверь «М» и, не получив ответа, кидается на контроль. Тут же возвращается.) Через контроль не проходил! (Заметно успокаивается, идёт к двери «Ж», открывает её, заглядывает в туалет, закрывает. Возвращается к двери «М» и начинает в неё стучать.)

Техничка. Ты зачем туда стучишь? Хулиганишь?

Она. Жених у меня пропал! (Стучит в дверь.)

Техничка. Один?

Она. Что?

Техничка. Один, говорю, пропал?

Она. Да не знаю я!.. (Оглядывает фойе.) В самом деле — был тут ещё один тип!.. Ой, он его убьёт!

Техничка. Кто? Кого? Да ты что?! У нас этого не бывает. Подерутся — это да. Но так, не серьёзно — синяков только друг другу наставят.

Она. Тётенька, родненькая, что делать? Загляните туда, я стесняюсь!

Техничка (подходит к двери «М», заглядывает в туалет). Эй, кто тут? А ну, перестань безобразить! Уснули, что ли?

Она (заглядывая в дверь через плечо Технички). Что там?

Техничка. Ничего. Тихо вроде... Ты тут постой. В случае чего, как свистну — лети за милицией. Всякое может быть. (Скрывается за дверью «М».)

Она. За милицией... Мамочка!

Техничка (появляясь из-за двери). Никого.

Она. Как это — никого?

Техничка. Да так. Пусто. Решётка на окне, правда, открыта. А так — пусто.

Она. Пусто! Я знаю, он его утащил! Он его в парк поволок! (Устремляется в дверь «М».)

Техничка (не пуская Её). Постой. Кто — кого?

Она. Жених у меня пропал. В темноте. Только сеанс начался. Ну, и с ним ещё один тип, который тут сидел... Я ведь понятно объясняю?..

Техничка. Повод, что ли, дала?

Она. Ой, да не знаю я! Что делать, а? Нужно бежать за милицией!

Техничка. Угомонись. Уж если драться пошли — так сам чёрт теперь их не сыщет. А ты — милиция! Тут законы строгие: уж если раздерутся, так в туалете, либо спрячутся где. Так ты говоришь, муж он тебе?

Она. Жених.

Техничка. Жених!.. А тот, второй, полюбовник по-теперешнему?

Она. Да не знаю я его! В первый раз видела!

Техничка. Ой, девка, не ври старухе! В первый раз и чтобы до драки?!

Она. Да не знаю я его совсем, говорю вам!

Техничка. Ты лучше в самом деле не ври, обмозгуем! Я ведь почему тебя спрашиваю... Если полюбовник — тут, конечно, попоганее. Я этих дел навидалась, считай, всю жизнь при туалете. Всякие к нам ходят!..

Она. Тихо! (Прислушивается к двери «М».)

Техничка. Бачок шумит! Три дня к нему Гришка не был. Гришка — это наш сантехник. Ну, и вообще... киномехаником. Да ты загляни, дочка, не стесняйся. Вот, в прошлом месяце человек один заходил... Так ты не представляешь, что тут было! Дело-то мужское, нас не касается. Милицию в таких случаях звать — последний выход. Всё равно раздерутся. А ещё и по пятнадцати суток влепят. Приятно тебе будет, что ли?

Она. Пятнадцать суток! За что? Да у нас послезавтра свадьба!

Техничка. Вот и не дёргайся, раз замуж приспичило.

Она. Скажете тоже! (Прислушивается к двери «М».) Тихо!..

Техничка. Бывает, что в самом деле тихо. А бывает, что и убьют кого невзначай. Райончик-то, считай, того!.. Вот и, значит, это они... балуют. Ты чего помертвела? Про это я так, к слову. Найдётся, не переживай. Если живой — найдётся. Куда ж ему деться? Аккурат в это самое окно и влезет. Ты только его не брани, потому как дело это — мужское. Сколько времечка на твоих? Ну-ка? Я свои-то не ношу, боюсь, отнимут. Да ты чего, голубка, трясёшься вся? Я же тебе объясняю: никуда не денется. Наше бабье дело известное: стой на часах, карауль. Сама говоришь — свадьба у вас наметилась. Ладно, заболталась я с тобой. А у меня ещё туалет не убран. Да не твой, твой я ещё давеча обработала. Этот вот, наш, бабский. Люди придут.

 

Слышен шум в зале кинотеатра, который быстро усиливается, переходит в топот и свист.

 

Во! Это Гришка, наш механик, на свиданке застрял. Он, негодник, знаешь, что повадился? Запустит механизм, а сам шасть в парк — и на танцы! Ну, минут десять кренделя повытворяет и обратно в будку. Потому что никуда ему от неё не деться. Слушай, а не на танцы ли твой схлынул? Тут ведь они рядом... Ну, если больше не можешь терпеть — лети за милицией. Но всё-таки чуток ещё погоди. Потому как если дело не серьёзное — всё равно не отыщешь. Тут хоть вся милиция, хоть весь уголовный розыск — спрятались в кустах и потихоньку друг друга мордуют. У них «втихаря» это называется. Или вдруг решили добавить. Ничего не известно! Но сама за милицией не ходи — темень на улице, не ровен час, как раз на грубость напорешься!

 

Шум в зале кинотеатра, как по команде, стихает.

 

Превозмог, видать, Гришка себя. Пойдём-ка мы тоже поглядим. Кино, говорят, серьёзное, про любовь!

 

Уходит в зал, прихватив ведро.

 

 

 

ПРОИСШЕСТВИЕ В БАСЕЙНЕ

 История вторая

 

Проходит пятнадцать лет.

Бассейн. Две двери: «Мужская раздевалка», «Женская раздевалка». Скамья. Где-то звучит команда тренера.

Из мужской раздевалки выходит Он в плавках. Набирает в грудь воздуху, начинает приседать.

Из женской раздевалки выходит Она в купальнике, резиновой шапочке и с мочалкой. Идёт в одну сторону, потом в другую... Возвращается.

 

Она. Где тут душ?

Он (приседая). Может, и нету!

Она. Как это?

Он. Обязательно, что ли, должен быть? В Конституции не записано!

Она. Ну, вы скажете тоже... В бассейне всегда душ!

Он. А тут его нет. Вы что, каждый день бассейны посещаете?

Она. Посещаю.

Он. Не верю. Враньё.

Она. Почему вы так? Прекратите приседать, когда разговариваете с женщиной! Я спрашиваю: почему вы мне не верите?

Он (повернувшись к Ней и смерив Её взглядом с ног до головы). Да по внешнему виду! (Внимательнее вглядывается, перестаёт приседать.) Лариса!..

Она. Не... Не припоминаю. Вам что? Семён!..

Он. Точно! Не верю глазам!

Она. Ах, ты!.. Здравствуй!

Он. Здорово!

Она. Всё такой же!..

 

Внимательно и долго всматриваются друг в друга, потом одновременно понимают, что голые.

 

Он. Такая встреча... Хе-хе.

Она. Ты уж извини... Впрочем, это финский купальник!

Он. Ух, ты! (Подходит ближе, оглядывает.)

Она. Нравится? «Ух ты» к чему относится?

Он. В целом. Вообще. Ты что же, в самом деле тут каждый день?

Она. Почти.

Он. Я тоже. Наверное, мы с тобой в разное время бываем. Поэтому и не встречались. Ты когда чаще бываешь?

Она. Это зависит от обстоятельств.

Он. У меня тоже зависит. Вот так встреча! Нет, ну да!..

Она. Лет пятнадцать, а? Как живёшь?

Он. Нормально.

Она. Я тоже нормально.

Он. «Нормально» у тебя к чему относится?

Она. В целом. Вообще.

Он. Да... Вот, значит, и встретились!

Она. Что ты заладил: «встретились», «вот так встреча»! Как живёшь, рассказывай!

Он. В общем... нормально. Ты работаешь?

Он. Ну... да. А ты что, нет?

Он. Да я тоже! Я хотел узнать, где ты работаешь?

Она. В одном месте.

Он. Я тоже в одном. Только в другом.

Она. Доволен?

Он. В гору пошёл.

Она. Ого! И высоко?

Он. Что?

Она. Я спрашиваю: может быть, у тебя теперь высокий пост?

Он. Страшно! А у тебя?

Она. У меня тоже жутко высокий! Слышь, как-то у нас с тобой получается не так. Официально, что ли. Чувствуешь? Ты давай-ка, расскажи вот что... Сюда ведь не просто записаться. Ты как, сам или помогли?

Он. В общем, сам. А, в общем, помогли. А ты?..

Она. Ну, понимаешь... Женщине проще. Я позвонила... И всё. И как видишь. (Снимает с головы резиновую шапочку, встряхивает волосами.)

Он. Хм... Опасно с тобой. Так вот позвонишь — и нету, хана человеку. Хе-хе-хе. Ты в какой системе? Можешь говорить?

Она. Не стоит. Давай лучше о тебе.

Он. Погоди обо мне. Давай о тебе. Ты на меня сердишься?

Она. Да ты что! Всё давно забыто!

Он. Смотри! Я ведь тогда не успел извиниться... Если хочешь, могу сейчас.

Она. Спасибо. Только ведь я сама была не права. Ты должен меня простить!

Он. Чудеса! Вот так, в бане... То есть в бассейне!..

Она. Ты меня любил, да?

Он. Да.

Она. И я тебя тоже. Раньше. Но знаешь, ведь пятнадцать лет!..

Он. Да, срок. Я ведь тебя искал. Ты переехала!!!

Она. И я искала...

Он. Глупо. Всё глупо. Тебе есть куда позвонить?

Она. Есть.

Он. Давай телефон. Записать не на чем, так я запомню. Ну?

Она. Знаешь, не стоит.

Он. Давай же, я брякну. Посидим, поговорим. Вспомним!

Она. Не нужно. Не стоит, правда. Ни к чему. Ты и я... Смешно!

Он. Всё равно ведь найду по справочнику. Восьмого утречком. А хочешь — в пролетарские?.. Уж я найду, когда позвонить. Уж теперь я тебя!.. Говори телефон!

Она. Не скажу.

Он. Да я всё равно тебя найду. По фамилии.

Она. Я... взяла фамилию мужа.

Он. Ясно.

Она. Так что... Давай уж лучше я тебя как-нибудь...

Он. Меня вообще не нужно. И справочник не поможет. Я... взял фамилию жены!

Она. Жены? Ты сказал — жены?

Он. Да. Обстоятельства так сложились. А теперь ничего не поделаешь.

Она. Она... красивая?

Он. Она очень!

Она. Это ещё ни о нём не говорит!

Он. Она меня любит, главное. Знаешь, как любит?

Она. Как?

Он. Как свистну — тут же примчится. Не может без меня. Хоть и дома мы с ней видимся, а всё равно я ей ночью снюсь. Очень она у меня, очень! Даже слишком. Терплю. Пока. А как терпение лопнет — не выдержу. И не пикнет. Ты что! Платочек только к глазам прижмёт — я ей купил — и молчком. Друзья замучили: где, мол, такой бабой затарился?!

Она. И я моим кручу, как хочу. Он мне и завтрак в кровать, и обед, и ужин!

Он. В кровать?

Она. Что?

Он. Ужин, что ли, в кровать?

Она. Да нет, пока только завтрак. Ночью тоже иногда встанет воды... попить. Подарки каждую неделю. Или через день, если у меня есть настроение. А в праздники — так по три штуки. Так со мной иногда ласково, осторожно...

Он. Вообще, со мной тоже нужно осторожно!

Она. Я помню!..

Он. Я о другом... С тех пор, как я свой пост занял!..

Она. Извини, я не поняла. За границей бываешь?

Он. Приходится. Вот именно, что за границей. Если бы не капиталисты, было бы попроще. А так телефоны налево-направо раздавать... Нам это запрещено. Уже забыл, когда дома был. И вообще, я тут чисто случайно. Должен был уже там быть. Завтра опять уеду.

Она. Жаль. Я хотела тебя попросить...

Он. Меня?!!

Она. Так, мелочь всякую... Лучше я кому-нибудь позвоню. Пусть решают, наконец! Жена не ревнует?

Он. Когда?

Она. Когда ты уезжаешь?

Он. Мы с ней обычно на пару.

Она. Молодцы. Значит, деньги на один карман. И много зарабатываешь?

Он. Не очень. По... три.

Она. Миллиона?!

Он. Ну да. А что?

Она. В год?

Он. Почему в год? В месяц!

Она. На двоих?!

Он. Почему на двоих? На каждого!.. А... ты?

Она. Ты знаешь, я ведь женщина... Но нас снабжают!

Он. Кто?

Она. Ну... привозят. В очень больших коробках. Иногда я и сама не знаю, что там. Открывать страшно. И ещё премии. Так что дня на два хватает.

Он. Дача, наверное?

Она. Две! Две дачи! У меня и у мужа. Да ещё одна у свекрови. Совсем с ними упарилась. Всё болит. Массажист пригрозил, если не брошу — он в профсоюз на меня подаст. Придётся одну или две продать.

Он. Это тяжело. У меня ведь тоже дела... Говорят, я пенсию уже заработал!

Она. Персональную?

Он. Спасибо, конечно, но, в общем, такая жизнь не по мне.

Она. Мне она тоже не нравится. И ещё я депутат!

Он. Как? Что?! Ты?!!

Она. Обидно, что законов нет. На одного человека сразу столько!.. Ты ведь тоже про законы что-то говорил?..

Он. Когда? Когда говорил?!!

Она. Ну, когда мы с тобой только что встретились. Я ведь тогда тебя не сразу узнала.

Он. А... Это я со своим юристом советовался. Его это слова. А я законы люблю. Я и сам, можно сказать, из них некоторые... правда, второстепенные... пока... (Изображает рукой подпись.)

Она. Ты?!!

Он. До сих пор рука трясётся! (Озирается.) А душа тут действительно нет!

Она. Нет, конечно.

Он. Безобразие! В бассейне должен быть душ!

Она. А я что вам говорила? (Надевает резиновую шапочку.)

Он. Где же он? Может, за углом? Вы хорошо смотрели?

Она. Ходила. Только туалет.

Он. Безобразие! Вы бы сообщили куда следует!

Она. Сообщу.

Он. Я, конечно, со своей стороны тоже могу... Подстраховать, так сказать. Но мне оттуда далеко. И потом оттуда — насчёт тьфу! Представляете, что они о нас могут подумать? Есть у нас национальная гордость? Есть?

Она. Есть!

Он. Вот и доведите это до сведения своих избирателей! Вы куда?

Она. Мне необходимо встретиться со своей группой... С группой ответственных работников.

Он. Вот так. Видите? Дела, заботы. А о человеке мы просто забыли! Бросить бы всё к чёрту! Знаете, у меня будет к вам просьба...

Она. Слушаю?..

Он. Ладно, это я по-прежнему сам. Всё приходится лично! Нет, хватит с меня. Хватит-хватит-хватит! Надоело! Уж лучше где-нибудь лесником, простым техником, даже инженером!

Она. Вы помните, я поделилась с вами... В детстве, ещё до ответственности... Было у меня стремление... поработать в банно-прачечном комбинате... или водителем трамвая... Дура! Не помните, конечно? Вы знаете, я тоже думаю — ну это все к чёртовой матери!

Он. Послать легко. А вот отказаться!.. Вы смогли бы отказаться от шофёра?

Она. От шофёра смогла бы. От личного!

Он. Завтра подам заявление. Восьмикомнатная квартира! Представляете, сколько бедной жене уборки? Домработницу тоже в шею!

Она. Лучше одной. Всё сама знаешь, куда что положишь. А так только всё теряется. Вчера кольцо с алмазом пропало. Позавчера ещё что-то, даже уже перестала считать... Всё равно не напасёшься!

Он. Это вы точно подметили. Лишнюю машину продать и — на курорт, в отпуск!

Она. А вы что предпочитаете?

Он. Ялта, Коктебель... у нас. Ещё наш Кавказ. А у них вина хорошие... Тоже можно.

Она. Я чувствую, вы человек очень простой... Послушайте, помогите мне с бесплатной путёвкой? Да! Что вы так смотрите? У меня... подруга больна, ей нужно в санаторий. А у нас всё исчерпано.

Он. Я... не могу. Уезжаю.

Она. Вы оставьте записку.

Он. Вы должны действовать по закону, а не по блату. Пишите заявление!.. Простите, совсем из головы выскочило! (Хочет уйти.)

Она. Вскочило?

Он. Что?

Она. То, что выскочило?.. Так вы мне поможете?

Он. Но... Я же уже объяснил!

Она. Ничего вы не объяснили! Вы не хотите! Ясно. Я знаю, почему вы не хотите. Вы мне мстите! Как это некрасиво с вашей стороны! Вы мне мстите, потому что... Потому что я вас выгнала!

Он. Перестаньте!

Она. Да, выгнала! Такого известного, может быть, даже заслуженного... Взяла и выгнала! Тряпкой! Как это было справедливо! Как приятно это теперь уточнить! Знала бы мама! Она, впрочем, всегда это знала. Она мне говорила! И вот теперь вы мне мстите! Беззащитной женщине! Как вам не стыдно! Вам не стыдно? Зачем я вас выгнала?! Зачем?!

Он. Бросьте! Я сам от вас ушёл! Вы меня потом выгнали, когда я уже ушёл! Вы просто поняли, что я уже ушёл, и выгнали! Причём подло, когда я за вещами пришёл! Это вы мне мстите! Если бы не мстили — давно бы предложили помочь с квартирой для моего друга! А вы мне припомнили, что я ушёл от вас навсегда! Так не ведут себя люди вашего круга!

Она. Я ни за что не буду помогать вам с квартирой! Даже наоборот!

Он. А я вам с путёвкой! И ещё сообщу на работу!

Она. Интриган! Где тут душ?!!

Он. Душа нет, вы это знаете! Вы хотите уйти от принципиального разговора! Вам это не удастся! (Хватает её за руку.)

Она. Я буду кричать!

Он. Вы себя скомпрометируете! Вы в моих объятьях!

Она. Я скомпрометирую вас! О, как я вас сейчас скомпрометирую! Я женщина, мне поверят! Вы не знаете женщин!

Он. Ну, хорошо, успокойтесь. Это вы меня выгнали. Более того, я вам помогу с путёвкой. Только сначала помогите мне с квартирой.

Она. Ни за что!

Он. Я вас очень прошу!..

Она. Нет! Подлец!

Он. Я вас умоляю!.. Посмотрите мне в глаза, видите слёзы?

Она. Это слёзы крокодила!

Он. Да, но очень несчастного крокодила!.. Если вы мне не поможете, я тоже буду кричать! В конце концов, я просто... Я не выдержу!

Она. И что?

Он. Пойду и утоплюсь в бассейне!

Она. Всплывёте!

Он. Утону! Вы меня плохо знаете!

Она. Я знаю вас достаточно...

Он. ...достаточно плохо! Я сделаю это на ваших глазах. Подумайте! Я прыгну в воду, хотя плаваю весьма посредственно, и специально камнем пойду ко дну. Вам будет стыдно. Вам этого не простят. Или вас убьёт совесть!

Она. Ну... хорошо. Я помогу вам. Но только в том случае, если вы мне тоже поможете.

Он. Могу я быть уверен, что вы меня не надуете?

Она. А где гарантии у меня?

Он. Я могу дать честное слово.

Она. Я тоже могу его дать. Но это ничего не решит.

Он. Хорошо. У вас правдивые глаза. Значит, сделаем так... Вы делаете мне квартиру, а на следующий день я отправляю вас на юг. Куда вы хотите?

Она. Вы отправляете меня на юг, а оттуда я делаю вам квартиру. Годится?

Он. Как же вы оттуда его сделаете?

Она. А как же вы меня туда отправите, если завтра уезжаете? Кажется, я вас поймала!

Он. Вы поймали себя! Ведь путёвка нужна вам!

Она. Мы поедем с подругой!..

Он. Вы жулите!..

Она. Это вы жулите!!

Он. Вы прохиндейка! Хотя и очень симпатичная!

Она. Вы бесконечно банальны! (Вновь снимает резиновую шапочку, встряхивает волосами.)

Он. У вас красивые волосы! Я уже давно это заметил.

Она. Значит, договорились?

Он. Я от вас без ума!

Она. Вы тоже успели мне понравиться. Куда вам позвонить?

Он. Зачем?

Она. Насчёт квартиры.

Он. Я не дам вам телефона, вы будете меня шантажировать!

Она. Будет логично, если свой номер я вам тоже не дам. Вы будете приставать!..

Он. И не подумаю!

Она. ...а я женщина слабая.

Он. Я сразу это заметил. Как вы любите — за горло!..

Она. Только после того, как, наконец, поближе вас узнала. Могли бы уступить женщине, чёрт возьми! Где мы встретимся?

Он. Завидую вашему напору. Вы — туруса!

Она. Кто?!

Он. Осадная башня! Вами стены прошибать можно!

Она. А вы как думали? В бассейне мне неудобно. Лучше не в официальной обстановке. Впрочем, тут кафель красивый. Вы можете сюда прийти... скажем... завтра? Хотя, ведь вы уезжаете!..

Он. Ради вас...

Она. Неужели останетесь?

Он. ...ради вас я пришлю секретаря! И если с вашей стороны всё будет в порядке...

Она. Никаких «если»! Выбирайте выражения! С кем вы разговариваете?!

Он. ...если всё будет в порядке, вам вручат билет и путёвку. Садитесь в поезд и привет!

Она. Спасибо. Я передам через секретаршу ключ от квартиры и адрес. Езжайте и спокойно вселяйтесь. И будьте счастливы. Если будет билет.

Он. Билет будет. Если будет ключ.

Она. Договорились. Смотрите, не надуйте! Я знаю вас!..

Он. Я тоже с вами не первый год знаком. За два года прочувствовал.

Она (неожиданно). Это было лучшее время моей жизни!

Он. Что?!

Она. Ну, эти два года лучшие в жизни!

Он. Не верю. Вы со мной всё время ссорились.

Она. Потому что вы были мне небезразличны. В противном случая я бы молчала!

Он. Я так соскучился по вам, Лариса... Лариса Ивановна!

Она. Вы врёте!

Он. Почему?

Она. Я не знаю, почему вы врёте!

Он. С чего вы взяли, что я вам вру?

Она. Чувствую.

Он. Ах, чувствуете... А что вы чувствуете сейчас? (Обнимает Её, пытается поцеловать.) Чувствуете что-нибудь? Чувствуете?!

Она. Оставьте меня! Вы совсем голый! Ничего я не чувствую! Я стала к вам нечувствительной!

Он. Может быть, нам с вами... снова?

Она. Но ведь у вас теперь красивая жена?..

Он. У вас любящий муж!..

Она. У вас работа ответственная!..

Он. У вас, между прочим, тоже.

Она. Про вас слухи пойдут!..

Он. Хотите, ради вас я брошу всё? Всё сразу? Чтобы никаких слухов никуда и никто?

Она. Вы сможете отказаться?..

Он. При условии...

Она. Уже условия мне ставите?

Он. ...при условии, что вы не бросите ничего! Одной большой коробки нам хватит!

Она. Давайте уж лучше я всё брошу. А вы оставайтесь так, как есть. И уедем за границу!

Он. Хм, какая вы хитрая!.. Я буду пахать... А вы?

Она. Я женщина, я слабая. Я буду печатать на машинке.

Он. Откажитесь от этой мысли пока не поздно! Чтобы моя жена... любимая... Уж лучше я сам в дворники уйду! Хотите, я вам и завтрак, и обед, и ужин — всё это сразу — в кровать?!

Она. Чего это вы про кровать заговорили? Отойдите от меня, несносный вы человек! Вы мне уже надоели!

Он. Лариса! Лариса Ивановна! Ты вспомни!.. Вспомни, как я любил на тебя смотреть, когда ты брала на дом халтуры!.. Тук-тук! Пальчики... Милые пальчики... Тук-тук!

Она. Не смейте мне напоминать о каких-то халтурах! Слышите? Вы сами халтурили — воду чинили!

Он. Для вас! Потому что я вас сокрушительно и навсегда!

Она. Навсегда! Двух лет не выдержал!

Он. С вами, как на фронте: один за два и кефир нужно давать!

Она. И смылся, как последний!.. Я вам не верю! Убийца! Вы убили мою любовь! Вы! Зачем вы её убили?!

Он. Вы сами этого захотели! И сделали! Несмотря на все мои ухищрения!

Она. Ага! Проговорились! Вы хитрили со мной! Вы всю жизнь хитрили! Что вы ещё хотите теперь? Что? Я вам отдала лучшие годы!

Он (страшным голосом). Молчите, несчастная женщина! Посмотрите, до чего вы дошли?.. Стоите тут с мочалкой!..

Она. Это губка!

Он. Тем более! Как вам не стыдно? Я для вас не пожалел... себя!

Она. Прекратите препираться! Это общественное место! (Страшным голосом.) Вы меня никогда не любили!

Он. Это сцена! Я понял, это сцена! Вы меня ревнуете!

Она. Я — вас? Это даже не смешно! Уходите, я не хочу вас больше видеть! У меня теперь ничего нет, ничего!

Он. Дайте, наконец, мне ваш телефон, дайте!

Она. Чтобы вы наговорили мне на ухо грубостей? Не надейтесь! Никогда! И ваш я не возьму! Я вас уже раскусила!

Он. Я уничтожен! Я раздавлен! Я сокрушён своим безотчётным чувством к вам!

Она. Какие у вас могут быть чувства, паяц?!

Он. Ты? Ты это мне? За что? За любовь, которой я тебя столько любил?! И каким голосом! У вас истерика!

Она. Вы сами этого два года добивались!

Он (голосом Мефистофеля). Я убью себя! А потом вас!

Она. Ха-ха-ха! Он издевается надо мной! Какой-то жалкий, непризнанный директор завода!.. или профессор!.. а может быть, простой академик!.. Вы хуже замминистра!!!

Он. И это говорит мне — мне! — ответственный председатель!!!

Она. Пустите! Не ходите за мной никогда! Это женская раздевалка! Я вам запрещаю! (Падает в обморок.)

Он (кричит). Шампанского!!!!! (Долго и страстно Её целует.)

Голос по трансляции: «ПРОСЛУШАЙТЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ: БЕСПЛАТНАЯ ГРУППА ЛЕЧЕБНОЙ ФИЗКУЛЬТУРЫ В СВЯЗИ С НЕЯВКОЙ ЕЁ УЧАСТНИКОВ СО СТАРТА СНИМАЕТСЯ. О ВРЕМЕНИ ПРОВЕДЕНИЯ ЗАПЛЫВА БУДЕТ СООБЩЕНО ДОПОЛНИТЕЛЬНО!»

Она (открывая глаза и поднимаясь). Завтра я жду... Она ждёт вас... вашего... тут. В это же самое время.

Он. Я приду... Пришлю... Я с Витькой... А вы... ты... Витьку помнишь?

Она. Какого... Витьку?

Он. Забыла? На гитаре играл, анекдоты всё время... Вспомнила? У него ещё сынишка!..

Она. Он в какой системе? В твоей или в моей?

Он (упавшим голосом). Он во дворе жил!..

Она. Не помню. (Скрывается в раздевалке.)

Он. Жаль... (После паузы.) Придётся не помывшись!.. (Уходит в мужскую раздевалку.)

 

Через несколько секунд появляются оба, одетые. Она — сгибаясь под тяжестью хозяйской сумки, Он — мотая в сетке одинокий батон. Быстро проходят, стараясь не смотреть друг на друга.

 

 

НОЧЬ

Интермедия

 

Проходит ещё с десяток лет.

Тот же кинотеатр, то же фойе. Обновились афиши на стенах и ряд фотографий известных актёров. Поменялись таблички на дверях туалетов: «М» превратилась в «Ж», заметно изменился и их внешний вид: на фоне общего захирения туалеты цветут лукавым и хищным капиталистическим цветом. Техничка тоже преобразилась: металл и кожа в одежде, немного романтики в макияже.

Из-за двери «Ж» появляется Он. Вид у Него затравленный и дикий.

 

Техничка. А ну, стой! Стой, тебе говорят! Что там делал? За девками подглядывал?

Он (обернувшись на дверь). Дверью ошибся.

Техничка. Да ведь ты туда и не заходил!

Он. Заходил... Заходил я!!!

Техничка. Тихо ты, не ори! Нельзя тут кричать. Закрытый просмотр у нас, понимаешь? (После паузы.) Когда ты?.. Когда заходил?

Он. Давно.

Техничка. Давно? Что ж тебя в женский понесло?

Он. Тут должно «М» висеть. Раньше висело!..

Техничка. Раньше!.. Газеты нужно читать, кино-телевизор смотреть. Видишь, стены покрасили? Да и нашей сферы оно коснулось. Тут-то вообще всё перепуталось: что «М», что «Ж» — теперь всё едино! Постой-постой... Да ведь «М» на «Ж» лет десять назад сменили! Ну-ка, парень, выкладывай всё: что в туалете делал? А ну, покажь вены?!

Он. Ладно, бабка! Решётка на окне открыта...

Техничка. Это я прибиралась, забыла. А ты что же, без билета?

Он. Потерял.

Техничка. Нехорошо! Комсомолец, наверное?

Он. Выбыл.

Техничка. И, конечно, не женат?! Холост? «Фанфан-Тюльпан»?!

Он. Ты пусти меня в кино, а? Я тихонечко посижу...

Техничка. Закрытый у нас просмотр, говорят тебе. Слышишь, музыка к финалу пошла?

Он (прислушивается). Музыка? Жаль...

Техничка. Ты вот что, парень. Ты завтра к нам приходи. А теперь двигай домой. Дом-то хоть есть у тебя? Нет?

Он. Дом? (И вдруг зачем-то, сам не зная зачем.) Я стекло в магазине разбил. Здоровенная витрина, Фили;пп-с называется. А я её кирпичом! Просто так. Сам не знаю зачем. Из зла. Смешно, да? За мной охранники, а я через парк и сюда. (Обходит фойе, ищет место в углу, где когда-то стоял шахматный столик.) Тут когда-то шахматный столик стоял! Да? Эх!.. (В возбуждении ходит по фойе. Останавливается, тревожно прислушивается.) Что это? Где, а? Как будто где-то что-то течёт?!! Жизнь?!!

Техничка. Бачок в туалете шумит.

 

Сеанс заканчивается. В фойе зажигается свет, однако, из зала никто не выходит.

 

Он (с внезапным страхом). Бачок!.. Что ж это снова никого нет? А?

Техничка. Как это нет? Видишь, директор наш, Григорий Иванович, кино посмотревши, домой пошли? Кончено дело! (Идёт и скрывается за дверью «Ж».)

 

Слышно, как гремит решётка на окне туалета. Он вздрагивает, инстинктивно втягивает голову в плечи. Техничка выходит из туалета.

 

Не бойся! Это я решётку на ночь замкнула. (Достаёт из ведра маленький букетик увядших цветов). Видал? Забыли кто-то. А ведь тоже, наверное, чья-то... маленькая любовь!

 

 

КОГДА Я БЫЛ ВЗРОСЛЫМ

 История третья

 

Проходит вся жизнь.

Детская площадка, песочница.

 

Она (сидя в песочнице и нянча куклу). ...а когда ты вырастешь, я поведу тебя в школу, чтобы ты училась. А когда ты выучишься, станешь приносить домой один рубль шестнадцать копеек денег!..

Он (вбегая и стреляя в Неё из пистолета). Ур-ра! Пук! Пук! Я тебя убил. Падай! Почему ты не падаешь?

Она. Мне няня запретила, я платьице испачкаю. Давай лучше по-другому играть?

Он. Давай. (Опять стреляет из пистолета.) Пук! Пук! Теперь я тебя ранил. Стони по-нарочному, а потом я тебя спасу.

Она. Глупый ты, потому что маленький. А пистолет у тебя не настоящий.

Он. Я не какой-нибудь дурачок, у меня ум есть!

Она. Подумаешь! Лучше я буду играть со своей куклой Лялей. А ты нам не мешай.

Он. Вот ещё! А как тебя зовут?

Она. Не скажу. А тебя?

Он. Я Сеня, но это секрет.

Она. У нас уже был один Сеня, только он умер.

Он. Ранили?

Она. Нет, он очень много болел, потому что няню не слушал.

Он (разочарованно). А... Ну, это ещё ерунда! Вы в каком корпусе живёте?

Она. В третьем. А вы?

Он. Мы в четвёртом. Во-первых, у нас телевизор!

Она. У нас тоже. Только цветной!

Он. Ура! (Опять стреляя из пистолета и падая.) Всё.

Она. Что случилось?

Он. Сбили. Хочешь, я тебе что-то покажу?

Она. Не покажешь. Все мальчишки — обманщики!

Он. Смотри, какой синяк! (Показывает.) Видела? Это я об дверь саданулся. Прямо с разбега! Доктор сказал, что скоро я весь дом у них разнесу!

Она. А мне доктор сказал, что когда я повзрослею, то буду настоящей красавицей!

Он. Я уже один раз был взрослым. Не веришь?

Она. Мне няня говорила, что я уже совсем взрослая!

Он. Когда я был взрослым, мы с папой катались на велосипеде!

Она. А у меня папа подлец!

Он. У нас папа тоже выгнал из дому эту мымру. Я им всё время говорю, что нужно дружно, но они ещё не созрели.

Она. Я от этого обратно захотела стать маленькой.

Он. Хочешь, спою?

Она. Только громко!

Он (поёт).

 

Идут, идут, идут,

И поют, поют, поют:

Ветер-ветер, не дуй нам взад,

Не дуй нам вперёд.

День встаёт!

 

Она (на мгновение онемев). Безумство какое!

Он. Я пока нарою себе маленький дом! (Начинает копать.) Я, когда опять вырасту, буду тут жить. Мне это нравится.

Она. Я тогда к тебе в гости приду. Можно? (Помогает Ему.)

Он. Приходи. Я буду тебя ждать.

Она. А давай, это будет наш общий дом?

Он (подумав). Давай. Мы будем тут жить. Ты будешь как будто моя жена.

Она. А ты как будто мой муж. Я тебя буду кормить. А это пусть будет наша общая дочка Ляля.

Он. Я её буду воспитывать.

Она. Её не нужно воспитывать, она уже взрослая, я её уже воспитала.

Он. Тогда, если хочешь, я буду тебя воспитывать.

Она. А я тебя. Я совсем тебя не буду наказывать. Только чуть-чуть.

Он. Не больно!

Она. Не больно. Я тебя буду ставить к стенке.

Он. А я не буду давать тебе мороженого. Ты какое больше любишь? Я — сливочное.

Она. А я — шоколадное!

Он. Я не буду давать тебе шоколадного!

Она. Не давай лучше сливочного!

Он. Ладно. У нас с тобой будет хорошая жизнь, ты будешь меня слушаться.

Она. А ты меня. У нас будет мир.

Он. Хорошо, пусть будет. Давай теперь бросаться камнями?

Она. Лучше сыграем в дочки-матери.

Он. Не могу. Я сейчас опять начну войну. Только немножко напридумываю врагов. Хочешь быть врагом?

Она. Хочу. Но сначала давай, как будто мы с тобой ещё не поженились, и я как будто иду домой.

Он. Из магазина!

Она. Почему из магазина?

Он. Когда ты снова вырастешь, ты же будешь ходить в магазин?

Она. Не буду, я пожить хочу.

Он. Ты глупая, это не больно. Это даже почётно!

Она. Давай лучше ты.

Он. А я уже пришёл.

Она. А куда ты уже пришёл?

Он. Ты пришла из магазина, а я пришёл с работы домой.

Она. Как же ты пришёл домой, если мы с тобой ещё не поженились? Ты должен меня сперва встретить. У меня будет тяжёлая сумка.

Он. Я лучше тебя потом встречу.

Она. Во-первых, когда ты за мной будешь ухаживать, ты должен говорить мне «вы» и называть меня девушкой.

Он. А ты как будешь меня за это называть?

Она. Я тебя буду называть юношей. У тебя будет газета, ты будешь читать заглавие.

Он. Заглавие? Не хочу!

Она. Ты, наверное, не знаешь, что такое заглавие?!

Он. Кто? Я? (Бьёт Её.) На тебе!!

Она. Драться нехорошо. Я на тебя няне нажалуюсь. Гляди у меня!

Он. Я тоже нажалуюсь! (Опять бьёт Её.)

Она. Ты гадкий! Я не буду с тобой играть!

Он. Я у тебя куклу отниму! (Отнимает куклу.)

Она. Не отнимешь! (Кричит.) Ма-ма! (Тянет куклу к себе.)

Он (передразнивает). Ма-ма! Уходи из моей песочницы!

Она. Не уйду! Я тут буду вредничать!

Он. Вредина! (Стреляет из пистолета.) Пук! Пук! Прямо в сердце! Испугалась, плакса? Не плачь, я пошутил. Слышишь?

Она. Назло тебе буду плакать!

 

Расходятся по углам песочницы. Она — плача, Он — стреляя в Неё из пистолета. Наконец им это надоедает.

 

Он. Смотри, будешь много плакать, я сейчас попаду в солнце и оно стухнет. Ну? (Прицеливается вверх.)

Она. Солнышко моё! Я... Я не буду! (Всхлипывает.) Давай опять играть?

Он. Ты только больше не плачь!

Она. Ты меня не обижай, я и не буду.

Он. Ладно, рёва!

Она. Я не рёва. Я тебя прощаю, чтобы у нас была мирная жизнь. (Поднимает куклу.) Ты мне нашу дочку сломал!

Он. Ничего, обойдёмся и так.

Она. Да-а, она будет хныкать!

Он. Не будет. У неё хороший папа. Он ей ещё всё починит. Он зато никогда не будет её дразнить!

Она. Потому что нельзя. Потому что когда маленьких дразнят, они всегда обижаются. Ладно, не читай газету. Читай книжку. Ты какую больше любишь?

Он. Я люблю энциклопедию.

Она. Такой книжки нет!

Он. Есть! Я её каждый день читаю!

Она. Хорошо, читай энциклопедию. Какое у неё заглавие?

Он. Я... немножко забыл.

Она. Как же ты уже был взрослым? У тебя, наверное, переходный возраст?

Он. Наверное. А у тебя?

Она. У меня очень переходный! Но ты ещё должен совершить подвиг.

Он. Зачем?

Она. Чтобы я тебя полюбила и пошла с тобой домой. Так всегда делают взрослые. У них это принято.

Он. Давай лучше ты совершишь подвиг.

Она. Я лучше его потом совершу.

Он. Когда потом? Раньше?

Она. Когда я буду тебя всё время ждать.

Он. А не обманешь?

Она. Девочки никогда не обманывают!

Он. Ты же теперь как будто девушка?!

Она. Ладно, совершай подвиг и давай играть. Я тебя буду очень-очень-очень любить.

Он. Мне довольно очень-очень.

Она. Что, уже струсил?

Он. Кто? Я? Хочешь, заберусь на стену?

Она. Подумаешь!

Он. Я спрыгну!

Она. Я тоже могу. Но давай лучше посидим в песочнице и немного познакомимся?

Он. Ладно. Мне уже надоело возвращаться с работы.

Она. Кажется, собирается дождь. Как будто.

Он. Ты что ещё выдумала? Не как будто, а на самом деле! Вон — тучи какие!

Она. Ну?

Он. Что?

Она. Продолжайте.

Он. Про что?

Она. Говорите.

Он. О чём?

Она. Так, ни о чём.

Он. Кажется, собирается дождь.

Она. Действительно собирается. Ещё?..

Он. Хотите, пойдёмте в наш дом? Он уже почти готов.

Она. Я ещё не хочу. Продолжайте. Ни о чём.

Он. Когда говорят ни о чём, о чём думают?

Она. Вы думайте обо мне, а я буду думать о вас.

Он. А что вы будете обо мне думать?

Она. Что мы с вами сейчас пойдём в наш дом.

Он. Опять дом! Давайте немного пропустим, как будто мы уже познакомились, и я пришёл... домой!

Она. Я к вашему приходу сделаю отличную гадость! (Садится, «по-взрослому» поправляет юбку.) Входите.

Он. Тук-тук-тук! Откройте!

Она. Тише вы! У меня наша дочка спит. Я её только что уложила!

Он. А где обед? Что, меня здесь никто не любит?

Она. Что вы, что вы, мы вас все очень, очень, очень любим. А почему вы спросили?

Он. Просто так. Интересуюсь.

Она. Давайте уж лучше мы, наконец, поцелуемся после работы.

Он. Я с девчонками не целуюсь. А ты?

Она. А я уже много раз целовалась. Я тебе разрешаю.

Он. Ладно. (Целует Её и морщится.)

Она. Ага! Вот вам! (Бьёт Его.) Поняли теперь?

Он. Ты чего дерёшься?

Она. Так у них полагается.

Он. Я тебе тоже дам!

Она. Это не по правилам. Давай дальше играть.

Он. Ну ничего, я тебе потом дам!

Она. Вы мне купили печенья?

Он. Как же я тебе его куплю? У меня же денег нет!

Она. Я дам вам много денег.

Он. Давайте.

Она. Я потом.

Он. Нет, лучше сейчас.

Она. У меня сейчас случайно нет.

Он. Что, уже не слушаешься? Я не буду тебя любить!

Она. Придётся мне вас любить.

Он (разглядывая куклу). А откуда у вас дети берутся?

Она. Их с ветки срывают.

Он. Глупости. Меня родили. Из живота.

Она. Вас тоже сорвали, потому что посмотрите, у вас на животе дырка от дерева.

Он (посмотрев). Наверное, я где-то там внутри висел. Теперь я буду курить и кашлять! (Достаёт сигареты, спички, закуривает.)

Она. Фу! Вы же мне провоняете всю квартиру! Вы меня совсем не любите!

Он. Кто? Я?

Она. Вы, конечно.

Он (с угрозой). А ну повтори?!

Она (подумав). Ни капельки!

Он (торжествующе). Всё-таки повторила не так!

Она. Конечно. Лучше всё-таки не ссорьтесь. Лучше подарите мне подарок.

Он. За что?

Она. Просто так. Как будто женщине.

Он. Вот оно что!.. Я подарю вам цветов!

Она. Я как раз очень хочу.

Он. На!

Она. Что это?

Он. Как будто букет.

Она. Ах, я не сразу поняла! Спасибо преогромное! А что вы можете ещё подарить?

Он. Я всё могу.

Она. Давайте.

Он. Вы что хотите?

Она. Я всё хочу.

Он. Всё?!

Она. Вы лучше дарите, а я сама выберу.

Он. Песочницу хотите?

Она. Хочу.

Он. Берите!

Она. Спасибо. А что ещё?

Он. Мало? Ещё тебе? Жадина!

Она. Но вы мне обещали!

Он. Что обещал?

Она. Всё обещали! Всё! Теперь дарите!

Он. Хватит. Не буду.

Она. Я же ваша теперь жена!

Он. Неправда!

Она. Жи;ла! Я не буду с тобой играть!

Он. И не надо! Я тоже!

 

Опять расходятся по углам песочницы. Каждый занят своим делом: Она возится с куклой, Он обламывает ветки и втыкает их вокруг дома.

 

Она. Вы ещё не соскучились по своей дочке?

Он. Ещё нет, потому что занят.

Она. А что это получится?

Он. Я тут делаю сад для будущей жизни.

Она. Как красиво! Совсем как настоящий. Давайте опять дружить, чтобы вам не было скучно. (Помогает Ему.) Так у нас получится скорее.

Он (заканчивает). Всё. Готово. Теперь пойду на войну.

Она. Вы не можете пойти, у вас теперь большая семья. Я чувствую, что скоро опять захочу ребёночка.

Он. Семья? Не хочу!

Она. Теперь уже ничего не поделаешь.

Он. Значит, народились... Быстро у вас!

Она. Посмотрите, в нашем доме всего одна комната. Давайте копайте вторую!

Он. Фигушки! Давайте вместе копать!

Она. Я сейчас буду укладывать нашу дочку спать.

Он. А меня? Меня теперь кто будет укладывать?

Она. Вы теперь будете спать отдельно.

Он. Тогда я нарою себе новый дом! (Быстро копает.)

Она. Вы что, собираетесь жить у соседей?

 

Он не отвечает, продолжает копать.

 

Вам не кажется, что начинается гроза?

Он. Нет, не кажется.

Она (хлопает в ладоши). Сейчас будет дождик! Слышите? Слышите? (Опять хлопая в ладоши.) Дождик-дождик, ля-ля-ля! Будет дождик ля-ля-ля!

Он. Небось, не будет!

Она. Слышите? (Показывает куда-то рукой.) Там! Что-то звукнуло — и всё!

Он. А! Что-нибудь просто рвут.

Она. Вот — опять. Будет страшный гром!

Он. Ничего, небось, не будет. Я не боюсь.

Она. Я тогда закрою глаза.

Он (оглядев небо). Очень хорошо. Как раз тут всё польётся.

Она. От воды всё быстро растёт. Может быть, мы тоже будем большие!..

Он. Всё небо тёмное, свет почернел!..

Она. Сейчас как сдует наш дом!

Он. Не сдует.

Она. Ну так деревья повалит!

Он. Не повалит.

Она. Смотрите! Не то нам совсем негде будет играть. Придётся мне развестись и пойти на процедуры.

Он. Ничего, мы ещё тут постоим! Пусть это будет как будто настоящая война! (Стреляет вверх из пистолета.) Пук! Пук!

 

Сверху раздаётся удар грома.

 

Мамочка!

Она. Ой-ёй-ёй! Вот тебе и «пук-пук»! Не смей туда больше целиться!

Он. Это самолёт пролетел, а ты испугалась!

 

Он опять стреляет вверх. Сверкает молния.

 

Это включился фонарь, не бойся!

 

Начинается дождь и ветер.

 

Она. Ой-ёй-ёй! Я не выдержу! (Бежит и комочком съёживается у стены.)

 

Он остаётся один, защищая от ветра и дождя свою песочницу.

Свет гаснет, всё смешивается: ветер, дождь, гром.

То и дело сверкает молния.

Наконец дождь стихает. Стихает и ветер. Сквозь тучи начинает пробиваться свет. Ещё сыро и пасмурно, но уже чувствуется, что где-то за облаками есть солнце. Дом разрушен, деревья разметены.

 

Он (над домом). О-хо-хо! Вот это бомбардировка!

Она (поднимаясь). Мы теперь что, получились бездомные?

Он. Это ещё ничего!

Она. Солнышко вышло! (Показывает рукой на радугу.) Погляди, видишь?

Он. Это красота. Я её очень любил, когда я был взрослым. Разноцветная!

Она. Вот это да! Здорово! Просто ужас какой-то! А давайте пошлите смотреть красоту?

Он. Давайте, пошлите.

Она. Я свою дочку перепугала. Хотя бы возьмём её с собой?

Он. Она же от страха вся у вас мокрая!

Она. Это ничего. Я чувствую, что скоро сорву мальчика!

 

Берут куклу за руки и уходят.

 

КОНЕЦ